Интервью

История большого прыжка. Анастасия Мирончик-Иванова

08.11

Никто не застрахован от неприятностей. Но переносят их все по-разному. Одни пускаются во все тяжкие. Другие, несмотря ни на какие удары судьбы, не гнутся, не ломаются, а лишь становятся крепче и увереннее в себе. Прыгунья в длину Анастасия Мирончик-Иванова кометой ворвалась в легкоатлетическую элиту не так давно из второй категории. Сейчас в слуцкой квартире Насти полным-полно медалей, привезенных с различных соревнований. Но двадцать с лишним лет назад ее родители даже и подумать не могли, что их дочь свяжет свою жизнь со спортом. Уж больно богатой на потрясения оказались первые годы жизни девочки. Такое ощущение, словно судьба специально проверяла ее на прочность.


Мама спортсменки Татьяна Сергеевна вспоминать то время не очень любит, и тем не менее... «Начать можно с того, что родилась Настя с недостаточным весом (всего два килограмма) и диагнозом вывихи тазобедренных суставов. Достаточно долго мы с мужем делали ей так называемое широкое пеленание — каждый день по несколько раз. С проблемой, к счастью, справились, однако на этом наши переживания не закончились. Когда Насте было три месяца, врач поставил ей еще один диагноз: не сформированы ядра в коленных суставах. Я спрашиваю у доктора, что это значит. А он: «В лучшем случае ваш ребенок будет плохо ходить, в худшем — вообще не пойдет». Начала допытываться, как этого не допустить, а он говорит, что это непоправимо и нам остается надеяться лишь на чудо. Как ножом по сердцу мне те слова резанули — слезами умывалась долго».


Страшный диагноз, слава богу, не подтвердился. В восемь месяцев Настя начала ходить, держась за стенку или кровать, а в девять — и совсем свободно, без какой бы то ни было опоры. Тем не менее медицинские беды на этом себя не исчерпали. В два года девочка оказалась на операционном столе. С того времени прошло уже более 20 лет, но кажется, что Татьяна Мирончик до сих пор не может говорить о пережитом без внутреннего содрогания:


— Перед тем я сама попала в больницу с аппендицитом. 30 мая меня выписали, я вернулась домой, и в этот же день стало плохо Насте. Она вся пожелтела. Врачи собрались на консилиум: что делать? Все в один голос кричат — желтуха, дочке в инфекционную надо. Спасибо доктору Олегу Васильевичу Руммо. Он один диагноз правильно поставил (лопнул аппендикс), а затем еще и прооперировал Настеньку. Никогда не забуду, как он выглядел после той сложнейшей операции. Плечи осунулись, глаза грустные и уставшие... Говорит: «Все, что могли, мы сделали, теперь нужно надеяться на ее сердце». Мы себе места не находили. Трое суток дочь пролежала в реанимации, но выкарабкалась. Под впечатлением пережитого в одном из первых своих школьных сочинений Настя написала, что хочет быть врачом. Думаю, она была бы хорошим доктором. Потому что в стороне от чужой беды никогда не оставалась, всегда умела сострадать. Однажды я вернулась с работы, а дочка в ванной бультерьера моет. Нашла его где–то, приютила, отогрела и все просила его оставить. В то время у нас пудель жил, а двух собак в двухкомнатной квартире держать, сами понимаете, накладно. Насте пришлось отказать. Но она после того за тем псом еще бог знает сколько ухаживала: в подвале его поселила... Как–то котенка со сломанными лапками откуда–то приволокла, накормила, напоила и в ветлечебницу на другой конец города отнесла.


Пройдясь однажды по тонкой ниточке, отделяющей жизнь от смерти, Настя, кажется, навсегда выработала иммунитет к страху. С детства она очень любила аттракционы, никогда не боялась ни высоты, ни темноты. А когда обижали, не хныкала, грозясь позвать папу или маму, а давала отпор сама. Настина мама рассказывает об этом не без гордости:


— Подруг у нее тоже всегда хватало, но с ребятами Настя находила общий язык, пожалуй, даже быстрее, чем с девочками. Была этаким сорванцом, за которым нужен глаз да глаз. И патроны копала, когда в походы ходила, и в квартире все вверх дном переворачивала, и повоевать во дворе могла. Однажды ко мне мама одного паренька из соседнего подъезда приходит и возмущается: «Так и так — ваша дочь бросалась камнями. Накажите!» Я к Насте. А она ничего не скрывает, рассказала, как дело было. Оказывается, тот мальчик ее нехорошими словами обзывал. Выходит, за дело получил.


Чего только не перепробовала Настя до того, как оказаться на пороге спортшколы. Занималась танцами, рисованием, подавала большие надежды в музыке, но родители вовремя рассмотрели незаурядные способности к спорту и направили их в нужное русло.


Особенно велико участие Настиного папы Сергея Алексеевича. Уже 27 лет он работает учителем физкультуры, а потому талант рассмотрел быстро: «Больше у нас в 13–й средней школе таких звезд не было. Настя сильно выделялась на фоне остальных своих сверстников. И подтягивалась больше многих мальчиков, и носилась быстро, и прыгала далеко. А главное — с самых ранних лет она была уперта до ужаса и нацелена только на победу. Вот, скажем, однажды на лыжах бежала. Какая–то девочка впереди едва шевелилась, но трассу не уступала. Соперницу эту дочка просто оттолкнула и вперед вырвалась. Подвинула, как она сама сейчас говорит. Или еще один яркий пример... В 2000 году в Слуцке проходил марафон «Языльская десятка». Настя в нем тоже участвовала. Для нее это были первые большие соревнования. На старте под напором толпы упала, ушиблась. Но бороться не бросила. Быстро поднялась, побежала дальше. В итоге заняла пятое место».


Сейчас Анастасия Мирончик–Иванова не представляет свою жизнь без спорта. Трудно поверить, но был момент, когда она его едва не бросила. Всего неделю проучилась в училище олимпийского резерва в Минске, после чего сорвалась и приехала домой со всеми своими пожитками. У Настиной мамы был шок: «Настя тогда только из автобуса вышла — и сразу в слезы. Плачет: «Я больше туда ни за что не поеду!» Назавтра мы пошли на рынок — я готова была купить ей все, что угодно. Даже какой–то незнакомый продавец убеждал вернуться в Минск. С горем пополам уговорили Настю. Но вообще после того она еще месяца три жаловалась, что ей и плохо, и тяжело. Очень болезненно проходила адаптация в большом городе, но как–то стерпелось со временем. Наверное, природное упрямство сказалось».


С годами юношеский максимализм из Насти не выветрился, а, наоборот, еще укрепился. Перед любым стартом она говорит своим родителям, что едет побеждать, а каждую неудачу переживает очень болезненно. Мама знает об этом больше, чем кто бы то ни было еще:


— Смотрю на Настю — она такая сильная, боевая, деловитая. Все нагрузки очень мужественно переносит. Но все равно девушка есть девушка. Как же она убивалась после Лондона. Помню, к нам прямиком из аэропорта приехала. Только из машины вышла — тотчас мне на шею бросилась и навзрыд. Плачет: «Я медаль хотела!» А я ее утешаю: «Все у тебя еще впереди. Не расстраивайся!»


— Вы сами в том, что Настя многого добьется, не сомневаетесь?


— В училище олимпийского резерва мы отдавали ее, в первую очередь, чтобы она получила образование. О каких–то высотах в спорте почти не думали. Но сейчас уверены, что Настя станет чемпионкой. Дочь такой человек: раз уж поставила перед собой цель — берегись! Не так давно ездили в Стайки, увидели, как она пашет на тренировках. Поверьте, работает над собой на износ. И штангу поднимает, и колеса, груженные кирпичами, таскает... Да даже когда домой в Слуцк на выходные приезжает, не может до конца расслабиться. Вот тут у нас возле дома стадиончик небольшой. Так Настя через забор перемахнет — и давай круги наматывать. Бегает, тренируется. О медали Олимпиады в Рио–де–Жанейро мечтает...

Автор: Юрий Бакеренко

http://www.sb.by/post/138705/



2019   2015   2014   2013   2012   2011   2010  
  • Август 2019
  • Сентябрь 2019
  • Июль 2020